Кормление со слезами на глазах однажды закончилось

Во время своей беременности я была уверена в том, что кормить малыша я буду грудью. У меня даже не возникало мысли, что этому надо учиться, ведь так заложено самой природой. Поэтому искать информацию о грудном вскармливании я не считала необходимым. Мне казалось, что может быть проще: приложил ребенка к груди – и всё. Он кушает, я жду.

Если бы я только знала, как же я ошибалась! В роддоме милая медсестра, лет 20-ти, ещё не успевшая обзавестись собственными детьми, принесла мне малыша, отдала в руки и сказала, что надо покормить. На просьбу, показать мне, как прикладывать ребёнка, она улыбнулась, сказала взять малыша на руки в "колыбельку" и, засунув сосок ему в рот, сказала, что нет ничего проще. Малыш обрадовался и стал жадно сосать. Так прошел наш первый день вместе.

Надо сказать, что вначале он много спал, и мало прикладывался, но на второй день он начал просить чаще и сосать дольше, а я заметила, что кормить мне становится больно. С каждым днём состояние груди ухудшалось, и врачам был задан вопрос, нормально ли это? Врач ответила, что раз соски к кормлению не были заранее подготовлены, то болеть они должны. Я терпела, соски болели, малыш начинал требовать грудь чаще. "Опытная" мама в палате тоже подтвердила, что так должно быть и боль пройдет недели через две. Я мужественно продолжала терпеть…

На пятый день мы приехали домой. Вокруг соска на правой груди стала образовываться трещина, больше похожая на канаву. Я стала кормить со слезами на глазах. Мама, увидев мои мучения, сказала, что боли не должно быть, и явно мы что-то делаем не так. С этого момента мы стали искать информацию, как же сделать так, чтобы кормить без боли? Дни шли, малышу хотелось сосать долго, я плакала и кормила, на второй груди тоже появилась трещина, которая начала кровоточить.

Врач детской поликлиники сказала, что трещины из-за того, что малыш долго сосет, надо давать ему грудь не больше 20 минут, потом забирать и давать соску. Начали засекать время и совать соску. Соску мы плевали, а 20 минут нам тоже было мало. Купили силиконовые накладки. Толку ноль. Я с ужасом ждала времени, когда малыш попросит грудь и ревела каждое кормление. Выдержать даже 20 минут оказалось невыносимо тяжело. Мое эмоциональное состояние было ужасным. На десятый день у меня случился первый лактостаз, с температурой 38,5 и новыми слезами. Целую ночь мы пытались сцедить грудь, потому как давать ее малышу я уже боялась. К утру температура упала. У мужа тоже стали сдавать нервы, и он начал просить меня переводить ребенка на смесь, чтобы я престала плакать. Но навык сцеживания был освоен, и вопрос как кормить решился сам собой. Я стала сцеживаться и кормить из бутылочки, решив для себя, что мне кормить грудью не дано. Буду сцеживать сколько смогу, а там перейдем на смесь.

Началось время постоянных сцеживаний и кормлений. Сцеживалась я каждые три часа, дабы молока не становилось меньше. Ночью вставала кормить малыша, а после шла сцеживать. Спать совсем не получалось, я позеленела, появились синяки под глазами, ведь только сцежусь, надо кушать, поели – опять сцеживать. Плюс ко всему нужно постоянно стерилизовать бутылочки, греть молоко, и все снова по кругу. Малыш стал очень беспокойный, ему, наверное, хотелось просто пососать, побыть со мной, а мы совали бутылочку с молоком, откладывали в кроватку. В итоге он всё же на какое-то время засыпал. Второй месяц начался без особых изменений: я заживляла грудь, иногда пробовала давать ему, но опять больно и опять бутылочка. При этом у меня оставалась надежда на чью-то помощь. В детской поликлинике я искала человека, который смог бы нам помочь, но, увы, наши проблемы были только нашими.

Однажды муж абсолютно случайно рассказал давней знакомой о наших проблемах, и она дала нам телефон Ольги Бабаян, консультанта по грудному вскармливанию. Малышу было 1,5 месяца, когда Оля к нам приехала в первый раз. Трещины на груди немного затянулись, и я была готова попробовать. Наконец-то мне показали, как правильно давать грудь и мой полусонный ребёнок немного ее пососал. Оля уехала, и я начала давать грудь малышу при любой возможности. На завтра стало очень больно, все вернулось опять. Оля приехала, я в слезах, решили дать время полностью зажить соскам. Через неделю Оля приехала снова, приложили, к вечеру ситуация повторилась. Консультант предположила, что на груди может быть молочница. Действительно, в этот раз я заметила белый налет во рту малыша. Это была молочница, которая не давала затягиваться трещинам и даже при правильном прикладывании все возвращалось в исходное состояние. Мы купили мазь за копейки и через два дня соски как по волшебству зажили. Оля сказала давать грудь малышу в полусонном состоянии и во сне, потому как иначе малыш может отказываться от груди из-за привычки к бутылочке. Мы стали учиться сосать, и мне наконец-то было не больно кормить! Только малыш уже очень привык к бутылочке и сосать грудь не хотел, брал ненадолго, но затем с криком бросал и ждал бутылочку.

Так прошло еще три дня. За это время я совсем измоталась, то сцеживалась, то давала грудь. Малыш брал с боем… И я решила пойти на радикальные меры: убрала бутылочку полностью. Если честно, я думала будет хуже. Он плакал один день, при этом во сне сосал очень хорошо, а на следующее утро спокойно взял грудь на бодрствование. Через три дня все бутылочки были убраны в дальний угол, где и пылятся до сих пор. Первое время малыш не верил своему счастью и висел на груди постоянно, я ему позволяла это делать, потому что это было приятно и безболезненно! А потом он подрос и стал прикладываться реже, у него появился свой ритм и свой режим.

Сейчас нам без недели семь месяцев, мы на грудном вскармливании, и это чертовски приятно! Спасибо, Ольга, за помощь и поддержку.

 

Марина. Новополоцк, Беларусь.